14 Май 2018,
 0

«Магдебург носит кипу» — под этим девизом после спонтанного, очень краткосрочного приглашения в среду 26 апреля примерно 100 – 150 жителей Магдебурга собрались у памятника Синагоге, которые в этот день, также как и в Эрфурте и Берлине, хотели показать знак солидарности и тесной связи с еврейскими согражданами. Они вновь и вновь – как это недавно случилось в Берлине – сталкиваются с жестокими посягательствами, когда из-за ношения кипы распознаются как евреи. Но кроме того речь шла и о том, чтобы показать свою позицию против всякой нетерпимости, против расизма и против враждебности к иностранцам. После двух выступлений бывшей евангелической уполномоченной по работе с иностранцами пастора в отставке Габриэлы Хербст и бывшего вице-президента Ландтага и председателя Магдебургской рабочей группы Немецко-израильского общества господина Герхарда Мистерфельда собравшиеся прошли к будущему месту новой синагоги в Магдебурге (на Юлиус-Бремер-Штрассе 3), где уже в четвёртый раз вновь установлен плакат: «Отто нужна новая синагога», а предыдущие три были уничтожены антисемитскими нападениями. На восьмидесятом году после Ноябрьских погромов 1938 года, в котором, наконец, продвигается подготовка  к строительству, это шествие к месту новостройки показало, что «Магдебург носит кипу» означает также, что Магдебург будет считать будущую синагогу значимым зданием не только для еврейского сообщества, но и для всего города.

 

Здесь слова пастора в отставке Габриэлы Хербст:

 

Уважаемые, дорогие члены еврейской Общины Магдебурга, уважаемые дамы и господа, дорогие сёстры и братья! Сегодня утром меня попросили, здесь, на этом месте, на котором когда-то для евреев Магдебурга стояла построенная в 19 столетии синагога, что-то сказать о том, почему я принимаю участие в мероприятии «Магдебург носит кипу».

Когда я вчера узнала об этом мероприятии, то сразу решила прийти сюда. Для меня является само собой разумеющимся позиционировать себя впереди и сзади и рядом с людьми, которые в нашей Земле опять, снова и снова страдают от антисемитизма и расизма. Как христианку и теолога,моё ощущение ценностей ущемлено, если люди, живущие среди нас, оплёвываются, избиваются ремнями, в интернете брутально унижаются, забиваются до смерти или высмеиваются. ДОСТОИНСТВО ЧЕЛОВЕКА НЕПРИКОСНОВЕННО и ТЫ ДОЛЖЕН ЛЮБИТЬ СВОЕГО БЛИЖНЕГО КАК САМОГО СЕБЯ. Оба эти предложения из Конституции Федеративной Республики Германии и из Библии в её христианской и еврейской части являются моим этическим фундаментом, на котором я стараюсь твёрдо и решительно стоять и прилагать усилия к действиям. Это не всегда получается. Иногда вмешиваются страх и ярость, но я стараюсь.

Сегодня мы стоим на улице вместе с людьми из Эрфурта, и Кёльна, и Берлина, носим кипу или другие головные уборы и несём глубокую солидарность с еврейскими согражданами нашей Земли в наших сердцах.

После Второй Мировой войны они, часто с робким чувством доверия к немцам, опять нашли пристанище в Германии. Они узнали, что многие из немцев, родившихся после войны, не могли вместить страдания их еврейских родителей и прародителей, и постарались  проанализировать холокост и преодолеть антисемитизм и рассизм.

Они отдали должное тому, что многие из нас, немцев, собственно говоря, совсем не имеют слов для страданий 6 миллионов замученных евреев. Тому, что мы можем испытывать только глубочайший стыд за это и от имени наших предков просить о прощении, если только эти страдания вообще когда-нибудь могут быть прощены.        

Я происхожу из пасторской семьи, в которой осмысливание нацистского прошлого всегда было темой. Мой отец родом из Бреслау, сегодняшнего Вроцлава, в котором до Второй мировой войны была цветущая еврейская жизнь, и которая после войны была, собственно говоря, только заметкой на полях. Мой отец, будучи студентом, имел много еврейских друзей, ценил и уважал их, пока они не исчезли. Он ненавидел антисемитизм, но сам он был не достаточно силён, чтобы присоединиться к активному сопротивлению преследования евреев.

Но нас, детей, потом он постоянно предупреждал, чтобы мы видели и боролись против коричневой питательной среды, из которой всё это вылезло.

Мы учились понять ответственность христианок и христиан за холокост, если речь шла о том, что евреи распяли Иисуса — без того, чтобы подчеркнуть, что Иисус ведь сам был евреем, и что смертельный приговор был вынесен римскими оккупантами.

 

Дорогие друзья, я не понимаю, почему мы при всей нашей борьбе с коричневой средой и при всех попытках, осознать неосознаваемое и написать на наших лбах НИКОГДА БОЛЬШЕ — мы опять находимся сегодня там, где ненависть по отношению к цветным и мусульманам, инакомыслящим и ведущим иной образ жизни, и как в этом случае к еврейским братьям и сёстрам, принимает такие размеры, которые я никогда не представляла более возможными.

Что в нашем обществе пошло не так?

Что происходит с человеком, который бьёт ремнём молодого израильтянина, потому что он обозначает себя как еврея, нося кипу? Что происходит с людьми, которые из-за плаката ДАК, на котором изображён молодой африканец с немецкой женщиной в качестве влюблённых, пачкают этот плакат, называют его расовым стыдом и, применяя насилие, угрожают этому молодому человеку и его беременной жене? Почему молодые мусульманские женщины, носящие головной платок, на наших улицах снова и снова подвергаются унижениям или оплёвываются? Почему я в девяностые годы в моей церкви была оскорблена молодыми правыми словами «сдохни, христианская свинья»?

 

Сегодня мы хотим показать солидарность с вами, еврейские братья и сёстры. Мы хотим вам сказать: на нас вы можете положиться — и мы хотим постоянно выступать за строительство вашей новой синагоги. Но кроме этого мы должны поставить самим себе вопрос, ПОЧЕМУ опять появилась НЕНАВИСТЬ в нашем обществе. Почему всё чужое так брутально отрицается. Почему не разрывается сердце у детей, когда они издеваются над еврейскими соучениками и соучениками других религий. Почему мы сами иногда ощущаем в себе так много обиды. Попадаем в ловушку новых крысоловов?

Нам нужна солидарность, но, прежде всего, нам нужно также больше знаний о тех, кто другой. Нам нужна новая тренировка для наших сердец, которые грозят стать слишком твёрдыми, потому что нас одолевает слишком много информации, слишком много устрашающих картин нам надо переработать. Нам нужно новое видение общества, к которому мы вместе хотим идти и которого без  сопереживания, без гражданского мужества, без скромности и большей справедливости не будет.

А тем, кто религиозен среди нас, требуется больше общения и знаний друг о друге. Мы все знаем из до сих очень актуального произведения Лессинга «Натан Мудрый» следующее: Бессмысленно использовать одну религию против других религий, и, таким образом, против собственно Б»га. Настоящее кольцо, говорит Лессиг, показывает силу своего свечения в любви и солидарности друг для друга. Да, это так. Поэтому мы стоим сегодня на улице: сегодня с копой. Из солидарности к нашим еврейским братьям и сёстрам.

 

В заключение я хочу прочесть стих из еврейской Библии, из Псалма 57: мой отец подчеркнул этот стих в своей маленькой, постоянно использовавшейся кожаной библии, он должен был быть важным для него:

Будь милостивым ко мне, Боже, будь милостивым, ибо на тебя уповает моя душа, и в сени твоих крыльев нахожу я убежище, пока не пройдёт беда.

 

Магдебург, 5 мая 2018                               Вальтраут Цаххубер, председатель правления